Вопросы дифференциальной диагностики при оценке Расстройства Аутистического Спектра (Autism Spectrum Disorder) у лиц моложе 18 лет

Вопросы дифференциальной диагностики при оценке Расстройства Аутистического Спектра (Autism Spectrum Disorder) у лиц моложе 18 лет

Александра Лидэм, Лора Уикс, Марта Лакстон-Кейн, Сара Хаммонд, Люси Брум, Пенни Танниклифф, Таша Джонс и Лу Энрайт

  Ссылка на полную статью

Введение

Настоящий документ был разработан командой специалистов по детскому развитию в Фонде Национальной службы здравоохранения Больницы Честерфилд (Chesterfield Royal Hospital NHS Foundation Trust) для помощи в процессе оценки Расстройства Аутистического Спектра¹ (РАС, ASD). Одна из ключевых проблем при оценке аутизма — рассмотрение того, может ли клиническая картина быть объяснена другими причинами.

Данная статья предназначена быть кратким руководством для клиницистов, работающих в области диагностической практики РАС. Она призвана обобщить практику и клинический опыт проведения дифференциальной диагностики группы клинических психологов. Это может быть полезно для тех, кто недавно занимается этой практикой, или для поддержки междисциплинарных формулировок.

¹ Расстройство Аутистического Спектра (Autism Spectrum Disorder) — это диагностический термин, используемый в диагностическом руководстве (DSM-5), которое мы применяем наряду с нашим клиническим принятием решений, чтобы considerar, соответствует ли человек критериям. Поэтому он используется для описания диагнозов, которые мы ставим. Однако многие люди предпочитают другие термины для описания аутизма, и их предпочтения следует учитывать в коммуникации (например, Состояние Аутистического Спектра (Autism Spectrum Condition), Аутичный (Autistic), Нейроотличный (Neurodivergent). См. Кенни и др. (2016).

Это ни в коем случае не является полным руководством по диагностическим решениям. Скорее, это пособие для поддержки обсуждений и принятия решений, которые должны рассматриваться вместе с доказательствами, требуемыми в соответствии с рекомендациями Национального института здоровья и клинического совершенства (National Institute for Health and Clinical Excellence, NICE, 2011). Этот документ предоставляет специалистам краткий обзор того, что мы обычно можем видеть у ребенка, проходящего оценку на аутизм, и как другие диагнозы могут давать сходную картину. Он основан на наших клинических навыках и опыте и учитывает ряд факторов и различий в проявлениях.

Мы признаём, что многие дети могут одновременно соответствовать диагностическим критериям различных состояний, включая расстройства аутистического спектра. В связи с этим процесс дифференциальной диагностики нередко оказывается сложным и требует тщательного клинического анализа. Точная диагностика имеет решающее значение для минимизации риска как игнорирования патологии, так и постановки ошибочного диагноза — проблемы, широко освещаемой в литературе (Хадок и Эслер, 2022; Лидэм и др., 2020; Маккензи и Даллос, 2017). Признавая множественность факторов, осложняющих дифференциальную диагностику, представленные ниже таблицы следует рассматривать как ориентировочные схемы, а не исчерпывающее описание всех возможных клинических проявлений.

Исследования последовательно демонстрируют более высокий уровень психической патологии у аутичных людей по сравнению с нейротипичной группой. (Кассиди и др., 2018). Распространенные коморбидные состояния включают тревожность (и специфические тревожные расстройства), сниженное настроение, нарушение обучаемости и потребности, связанные с привязанностью или травмой (McKenzie & Dallos, 2017; NICE, 2011). Однако в других случаях будет иметь место одно или другое, и приведенный ниже документ обобщает то, что мы обычно видим при дифференциации. Для целей данного документа основное внимание уделяется скорее областям различий для диагностических целей. Однако важно учитывать области силы, навыков, различий и трудностей, чтобы сформировать сбалансированное и полезное понимание потребностей молодого человека. Поскольку РАС является спектральным, то, что мы видим, будет различаться в отдельных случаях и условиях, и некоторые проявления могут быть более или менее выраженными (например, проявления у некоторых девочек и детей, избегающих требований). Например, стереотипное представление о РАС не применимо как «универсальное» для любого ребенка. Но, в частности, мы можем чаще наблюдать различные профили в определенных группах, чем в других. В нашей службе мы отметили некоторые общие случаи при оценке девочек., что также отмечается в новых исследованиях. А именно отмечается тенденция обращать психологические трудности внутрь себя (интернализация), что впоследствии может находить выражение в таких симптомах, как тревога или проблемы с пищевым поведением. Если нет сопутствующей глобальной задержки, дети обычно демонстрируют хорошие речевые навыки. Они чаще используют жесты и участвуют в ролевых играх — в отличие от случаев со стереотипными проявлениями. Кроме того, у них может быть более выражен перфекционизм, шире круг дружеских отношений, а интересы соответствуют возрасту и похожи на увлечения сверстников. Однако интенсивность этих интересов и дружеских отношений может отличаться. Это может приводить к использованию компенсаторных стратегий, таких как «маскировка», которая может служить нескольким функциям, включая стремление ассимилироваться и «вписаться», управлять социальными ситуациями или уменьшить критику или стыд (см. Баргиела, Стюард и Мэнди, 2016; Лидэм и др., 2020; Лумс, Халл и Мэнди, 2017; Пеликано, Динсмор и Чарман, 2014 для дополнительной информации). У детей, которые испытывают тревогу, когда на них возлагаются требования, мы отметили несколько часто встречающихся проявлений. Например, ранний анамнез, собранный со слов родителей, тревожная потребность в контроле и избегании повседневных требований, прокрастинация, тревога, которая еще больше усиливается требованиями, ранняя задержка речи и специфические когнитивные различия, такие как замедленная скорость обработки информации (см. Кристи и др., 2011; Итон и Уивер, 2020 для дополнительной информации). При всех оценках мы учитываем возраст и уровень развития, а также влияние любых культурных вариаций на проявление аутизма в соответствии с рекомендациями NICE (2011).